Далее — часть вторая

— Прекрасно. Знаешь, — неприметно переходит в форму «ты». — у человека есть несмышленая предрасположенность делиться важным с незнакомцами. Вместо того, чтобы доверять собственным родным, вместо того, чтобы искать в них утешения, понимания и взаимности. Перед вами я не утруждаюсь раскрывать собственную душу, для этого нет причин. Ты даже не знаешь меня. Кстати, меня зовут Камень. И я не боюсь того, что вы подумаете. Если даже ты думаешь, что я безумный, все будет хорошо. Помимо того, тут полно сумасшедших, которые тайно несут собственную боль, не осознавая, а сколько сильно страдает другой. А сколько сильно я страдаю. Я страдаю. Это то, что я должен был вам сказать. Я выгляжу для тебя как томящийся человек? Я выгляжу для тебя жертвой? Собственно я. Эффективный в собственном деле мужчина в расцвете сил, с великолепным социальным статусом. Как от рекламы. Или как герой дурацких романов. Совершенная жизнь. С первого взгляда. Я ужасно страдаю. — Он на миг молчит и со своей стороны делает большой глоток. Его взгляд искренен. Голос тоже. С интересом слушаю, забывая собственное идиотское правило не привязываться к выдумкам различных малоизвестных флиртов, ищу приятную компанию на вечер.
— Три года назад я развелся с Моникой. Красивый. Совершенная супруга и мать. Совершенная женщина, — продолжает собственный рассказ с тонкой болью в приятном голосе. — Эффективный специалист по дизайну. У нас не было значительных противоречий. Она просто влюбилась. Он влюбился в манекен, с которым они давно не жили вместе. Можно подумать, я счастливо в разводе. Да, однако если бы меня не заставляли расстаться с дочкой. Монике получилось получить родительские права, и я осталась одна, без ребенка. Прости, ты начинаешь понимать, как мне жаль, что моя дочь растет на глазах у любовников собственной матери, не имея возможности быть свидетелем всего, что с ней происходит, не имея возможности полностью получить удовольствие ею. Это моя боль. Моя только одна боль.
Я действительно не знаю, как отозваться после чего тяжелого отцовского признания. Камен, безусловно, в себе несет очень много горя и все же умудряется смотреться сильным, хладнокровным, а временами даже суровым. Боже, как мастерски мы можем прятать собственные реальные эмоции, собственное подлинное лицо. Настолько мастерски, что иногда кажется, что мы забываем, кто мы есть в действительности. Я понимаю, что все, что я скажу, будет звучать чрезмерно искусственно. И он просто хотел сознаться.
"В определенном роде." Но вот как я тебя обременяю. У тебя разумеется достаточно проблем.
Я опять думаю об Александре. Что ты в настоящий момент делаешь? В 23 часа смотрю в телефон. В 23:57. Подумай обо мне? Едва. Однако это уже значения не имеет. Как минимум в настоящий момент.
"Уже практически полночь", — сказал Камен..
— И еще? У тебя вечернее занятие
«Мне нравится, как ты ловко держишься за каждое мое слово». Вы необычны. — Ему получается опять засмеяться. Его смех громкий, словно хлынувший из самого сердца.
«Или тебе просто интересно, стану ли я типичной Золушкой?» — Я люблю пошутить с данным человеком. Впрочем мои мысли продолжают обращаться к Александру..
"Ты интересный." Расскажите о себе.
— Мне стыдно. — признаюсь еще раз.
— Я тебе не верю. Теперь, когда вы знаете мою боль, вы должны хотя бы назвать собственное имя.
«И если вы хотите, чтобы я разделил с вами собственную боль, я бы сбежал в ужасе, так как ничто другое не может так потрясти меня сегодня вечером до вашего признания». И драма, которую я придаю событиям собственной жизни, была бы просто жалкой картиной.
— Ты одинок? — Я понимаю, что прямой вопрос требует прямого ответа. И я не хочу давать себе лишнего значения.
— Непростая любовь. — Я чиню это.
— Все тяжело. Это слово абсолютно уместно относится к совершенно чему угодно. Разумеется.
Короткий звук. Еле слышно на фоне музыки в баре. SMS.
"Я Вас жду. Перед вашим кварталом. 30 минут. Я тебя хочу."
Очередное проявление бесстыдства. Другой… Отчего же тебе просто не позвонить мне! Сходя с ума от горя, чувствуя, что позволяю Алексу самым наглым образом разрушить мое достоинство, я решаю просто уйти..
«Мне очень жаль, но мне необходимо домой». Это немедленно.
— Нет. Однако это немедленно. Счёт! — обращаюсь к бармену..
«Джентльмен заплатил ей». Мальчик с лестной улыбкой сообщает мне.
— Камень… Благодарю. Благодарю за компанию. Но мне правда пора домой.
Я хочу как можно быстрее выбраться из данного проклятого бара. Все забыть — и Александра, и встречу с Каменом, и гадкое ощущение заброшенности..
«Я хочу пригласить вас на ужин». на следующий день. — очень быстро говорит Камен, блокируя мою хорошо организованную защиту. «И не думай, что ты пойдёшь домой одна в любое время»..
— Я не могу! Прощай.
— Майя! Май! Я слышу его хриплый голос.
Я тороплюсь, упираясь на различных людей, лица которых я не вижу.
Я должен ускользнуть от него. Большой! Мне получается выбраться из бара. На улице чертовски прохладно. Идет дождь.
Я сажусь в жёлтую машину и наконец успеваю расслабиться. Камень далеко. Да, разговор наш должен остаться в баре. А Александр? Я не забочусь о нем. Все, что я знаю, это то, что я хочу спать.
Сильное просыпание. Этот безумный сигнал колокола все еще звучит в моей растерянной голове.
Посыльный. Дружественный. К его несчастью различным, я не могу быть таким дружелюбным в это время суток.
Букет тюльпанов.
«Я не сдаюсь так легко», — прочитала я карточку. «Сегодня перед твоим кварталом восемь часов». Чтобы рассказать мне больше о себе ».
Камень… Еще одно знакомство. Которая не останется в анонимном столичном баре.
Источник: spisanie.to